Ташкентский суд вынес постановление о запрете занимать ответственные должности трем служителям Союза ЕХБ Узбекистана и приговорил их к крупному денежному штрафу - сообщает пресс-служба РС ЕХБ. Как мы уже сообщали, в Узбекистане судебному преследованию подверглись евангельские христиане-баптисты: Председатель Союза ЕХБ Узбекистана Павел Пейчев, , главного бухгалтера Союза Елена Курбатовв и директор летнего детского лагеря Союза Дмитрий Питиримов. С 25 сентября по 27 октября районный суд Ташкента провел 10 заседаний по этому делу. Были выслушаны свидетели защиты и обвинения. 29 октября суд вынес приговор, практически полностью согласившись с обвинением. Суд отказался учитывать данные защиты о фальсификациях, которые были произведены во время следствия. Суд принял во внимание те свидетельства, которые были даны свидетелями в прокуратуре и, учитывая, что подсудимые не признали себя виновными, и не раскаялись в содеянном, суд вынес следующий приговор для каждого: 1. Лишение прав занимать административные и финансовые должности на 3 года; 2. Штрафы по 260 минимальных окладов на каждого плюс уплата налога, который они должны были заплатить государству за якобы полученную прибыль. В общей сложности на троих подсудимых штраф составил около 14 тысяч долларов США. Так как подсудимые не согласны с вынесенным приговором, в ближайшие 10 дней они будут подавать на апелляцию. Как сообщил Дмитрий Питиримов: "Приговор повторил обвинение: баптисты подрывают экономику Узбекистана, поэтому надо установить контроль над церквами, сменив руководство". Во время своего последнего слова на суде 27 октября Дмитрий Питиримов заявил: "Во время размышлений над тем, что произошло с нами, мне все время приходит на память слово "недоразумение". Это хорошее русское слово, родственное таким словам, как "разум" и "разуметь", то есть осознавать, понимать. И, действительно, ситуацию, в которой люди, желающие делать добро, причем в рамках своих законных конституционных прав, оказываются на скамье подсудимых, причем по уголовным статьям, - иначе как недоразумением не назовешь. А все дело, и я уверен в этом, в неразумении, недопонимании того, кто мы, и каковы истинные мотивы того, что мы делаем" Кроме того, Питиримов видит в действиях следствия и предвзятость: "Вместе с недоразумением всегда рука об руку идут предубеждение и предвзятость. Предвзятость – это вынесение суждений и решений, а так же поступки, совершаемые прежде рассмотрения всех аргументов. Предубеждение – это убежденность прежде рассмотрения всех сторон дела. Предвзятости всегда свойственна несоразмерность действий. Например, после того, как в нашу зону отдыха нагрянула комиссия из 21 человека, в составе которой был лично прокурор района, начальник милиции района, главврач СЭС, меня потом в недоумении долго спрашивали соседи: "А что такого ужасного вы там делали, мы вроде бы ничего не замечали?" Это пример предвзятости и несоразмерности. Другой пример мы находим в формулировках обвинительного заключения, где написано, что наши дела были направлены на подрыв экономики Узбекистана. А знаете ли вы, что подобные формулировки использовались во времена гитлеровской Германии, когда евреев обвинили в подрыве экономики Германии? Это позволило фашистам начать геноцид евреев в своей стране. Что же, следователю Анатолию Таджибаеву, журналисту Азамату Каримову и иже с ними осталось только бросить клич: "Бей баптистов, спасай Узбекистан!", и может пролиться невинная кровь. Что это если не возбуждение вражды, причем совершенное ответственными должностными лицами по предварительному сговору и способом, опасным для жизни других лиц". Питиримов также отверг, что в лагере, которым он руководил, дети вовлекались в религиозную организацию без ведома родителей: "Я хочу подчеркнуть, что в ходе судебного следствия не было предъявлено ни одного доказательства, что несовершеннолетних Калинина Артема и Паноева Аскара, а также других детей вовлекали в религиозную организацию. Наоборот они сами, а также их матери свидетельствовали о том, что Калинину Артему и Паноеву Аскару никто не предлагал сменить их веру, никто не совершал над ними никаких религиозных обрядов, никто не предлагал им посещать церкви, - а также после посещения лагеря никто из представителей баптистов их не посещал". Во время последнего заседания суда к зданию, где проходило заседание, пришли около 50 человек верующих, чтобы поддержать своих братьев и сестру. Их не пустили в здание, хотя формально заседание было открытым и они ждали на улице и молились, несмотря на непогоду.